Экспериментальные операции, не имеющие аналогов в мировой научно-медицинской практике, проводятся в Сочинском НИИ медицинской приматологии. В них участвуют специалисты НИИ-ККБ №1 им. С.В. Очаповского и ФГБУ «НМИЦ радиологии» Минздрава России. Если опыты окажутся успешными, в будущем удастся использовать новую методику лечения тяжелых форм рака у человека.

Предложение

К сожалению, большинство глиобластом – опухолей головного мозга – являются неоперабельными из-за своей локализации или позднего обнаружения, а если операция возможна, то примерно через пять лет случается рецидив. Поэтому остается только химиотерапия: дозу токсичного препарата вводят внутривенно. Однако такой способ малоэффективен, так как цитостатик распределяется по кровотоку и доставляется абсолютно во все органы и системы. Таким образом мозг получает лишь часть лекарства, тогда как для разрушения опухоли ему недостаточно даже полной терапевтической дозировки. С этой проблемой сталкиваются врачи-онкологи во всем мире, но не могут увеличить дозировку, так как это губительно для организма.

В Национальном медицинском исследовательском центре радиологии задумались над новым способом введения химиопрепарата в дозировке, в 10 раз превышающей терапевтическую, которая в полном объеме должна поступать точно в мозг. Было предложено вводить препарат через крупные сосуды, изолировав кровообращение головного мозга от крово-обращения всего остального организма с помощью аппарата искусственного кровообращения. Такой способ предполагает стернотомный доступ к магистральным сосудам, то есть через грудину.

С этим гендиректор НМИЦ радиологии, главный онколог Минздрава России Андрей Каприн обратился к главному врачу НИИ-ККБ №1, главному торакальному хирургу минздрава Кубани академику РАН Владимиру Порханову. Это было сделано потому, что Первая краевая больница является многопрофильным медицинским центром, где выполняются высокотехнологические операции, в том числе по пересадке донорских органов. К слову, все они отрабатывались сначала на обезьянах в Сочинском НИИ медицинской приматологии. И именно там предстояло провести эксперимент и по поводу предложенной методики.

– При стернотомии пилится грудина, а это крайне травматичная операция, после которой следует долгий процесс восстановления. К тому же при таком способе повторить химиотерапию достаточно сложно: делать стернотомию во второй раз очень рискованно. Но мы все-таки выполнили ее троим обезьянам, после чего моя команда врачей предложила другой, намного менее травматичный способ доставки химиопрепарата изолированно к опухоли головного мозга – с помощью гибридной операции,

– рассказал «КИ» доктор медицинских наук, профессор Владимир Порханов.

Неожиданная идея

Методика такова: сделать небольшие разрезы в проекции сонной и яремной вен, ввести в них канюли и одновременно перекрыть полую вену, чтобы кровь, проходящая через мозг, не попадала в общий кровоток. Она будет циркулировать через аппарат искусственного крово-обращения, через который также подаются высокие дозы химиопрепарата. Кроме того, в аппарате происходит оксигенация крови – насыщение ее кислородом. В это же время через бедро по сосудам заводят катетер с «баллоном». Он перекрывает вену, по которой кровь возвращается к сердцу. Таким образом, кровообращение в голове и в теле происходят независимо друг от друга. При этом способе химиотерапию можно будет повторить не один раз. Для этого нужно вшить в сонные артерии специальные протезы, вывести их подкожно и в последующем уже в них вставлять канюли.

Способ этот предложил детский кардиохирург НИИ-ККБ №1 Георгий Ефимочкин:

– Идея пришла, когда я подумал, что похожую методику, но через другие доступы, мы применяем при операциях на дуге аорты у детей. Мы также выполняем периферическую перфузию головы, то есть изолируем кровотоки. Я предложил идею главному врачу, она была коллективно рассмотрена и одобрена, профессор дал добро на ее проведение. Нам удалось сделать ее с первого раза – все получилось.

Всего было прооперировано шестеро обезьян, ни одно животное при этом не погибло. После операции они пришли в сознание, и сейчас за их поведением наблюдают специалисты.

– Задача изолированной химии перфузии мозга – это пустить высокие дозы химиопрепарата обособленно в мозг, чтобы погубить раковые клетки. При такой концентрации он достигает именно очага, а не наносит вреда другим органам и системам. Затем мы наблюдаем за поведением прооперированных приматов. Если они ведут себя так же, как до процедуры, значит, мозг не поврежден,

– говорит Василий Жихарев, анестезиолог отделения анестезиологии и реанимации №1 НИИ-ККБ №1.

Заведующий отделением хирургии №1 Арсен Попов говорит, что эксперименты по лечению опухолей головного мозга проводятся чуть ли не со времен выхода в свет научно-фантастического романа Александра Беляева «Голова профессора Доуэля». Однако изучить концентрацию препаратов и – самое главное! – как мозг реагирует на эту концентрацию, попыток не было.

– Как будет вести себя обезьяна после того, как проснется, сохранятся ли у нее зрение, слух, обоняние, сможет она двигаться как обычно, вести себя, как раньше – вот что интересно, – отмечает Арсен Юрьевич. – К тому же и методика довольно новая. По крайней мере, мы не встречали в научной литературе сообщений о том, что где-то в мире проводятся подобные эксперименты на приматах. Однако нам еще предстоит наблюдать за обезьянами, оценка эксперименту будет дана позже.

Разрушить опухоль изнутри

Параллельно с этой методикой отрабатывается эксперимент по фотодинамической терапии. Что это такое: в пораженный опухолью орган вводится фотосенсибилизатор – специальный препарат, который при проведении лазерной терапии концентрирует на себя всю мощь лазера. Предполагается, что опухолевая ткань первой и в большом количестве накапливает фотосенсибилизатор, и если навести на нее электрод, то лазер разрушит опухоль изнутри.

Идея принадлежит заведующему кафедрой пластической хирургии Сеченовского университета академику РАН, д.м.н., профессору Игорю Решетову. Специалисты НИИ-ККБ №1 осуществляют техническую и оперативную поддержку. Эксперимент пока в самом начале: специалисты изучают концентрацию накопления фотосенсибилизатора во внутрипеченочных желчных протоках, щитовидной железе и мочевом пузыре обезьян.

Помимо этого, команда НИИ-ККБ №1 планирует сделать обезьяне пересадку трахеи. Это очень сложная операция, практически невозможная. Реально пересадить легкие, печень – в них есть крупные сосуды, которые можно сшить между собой и восстановить кровоснабжение этого органа при трансплантации. У трахеи же таких сосудов нет, поэтому пересадка представляет определенные сложности. Известно только об одной операции по трансплантации трахеи в мире: ее недавно выполнили американские хирурги. По их словам, пациент жив, но никакой другой информации нет.

Подобные эксперименты на обезьянах в НИИ медицинской приматологии специалисты Первой краевой больницы проводят регулярно. Этот опыт является важнейшим в научной деятельности клиники. Эксперименты позволяют смоделировать операции, которые можно будет в дальнейшем внедрять и проводить на людях.

– Каждый такой эксперимент – это шаг вперед для того, чтобы добавить и месяцы, и годы жизни больным. Есть опухоли, которые до сих пор являются загадкой в плане лечения и, к сожалению, с огромной долей смертности. Все шаги, направленные на удлинение медианы выживаемости таких больных даже на несколько месяцев, считаются завоеванием онкологов,

– отмечает генеральный директор ФГБУ «НМИЦ радиологии» Минздрава России, главный онколог Минздрава России Андрей Каприн.

Мнение Сергея Орлова, директора Сочинского института медицинской приматологии:

– Обезьяна – это лабораторный двойник человека, примат. Мы все относимся к классу приматов, поэтому многие механизмы – и иммунологические, и метаболические, и даже мыслительные – у нас схожи. Наш институт работает с 1927 года, и с этого времени все наиболее сложные и жизненно важные медицинские методики отрабатывались на наших подопечных. Человечество обязано им самым разным операциям, которые сейчас стали рутинными, пересадкой донорских органов, а также появлению некоторых вакцин. Именно на наших обезьянах были разработаны все известные отечественные вакцины: от кори, краснухи, полиомиелита, а сегодня – и все три российские вакцины от ковида.