Ютуб или ТикТок?

– Молодежи сейчас привычнее снимать, чем читать. Не кажется ли вам, что вскоре она перевернет мир кино?

– Да, техника стала доступнее, можно взять телефон и пойти снимать. И это прекрасное условие для развития. Но за этой широкой возможностью должно стоять нечто большее. Человек должен думать, иметь интересные идеи, уметь их реализовывать. А для этого надо учиться. Сейчас в соцсетях очень много ничего не значащих видео. 

– А вы их мониторите? ТикТок смотрите?

– Посмотрела год назад немного. Я периодически снимаю проекты о подростках и мне необходимо понимать, что происходит в их жизни, чем они живут. Но потом мне стало скучновато, ничего выдающегося в ТикТоке не увидела. Та молодежь, кто реально экспериментирует и действительно снимает интересные вещи, там не сидит.

Есть, например, прекрасная школа документального кино Марины Разбежкиной. Ее ученики выкладывают крутые работы, которые часто становятся призерами фестиваля в Амстердаме. Их можно увидеть на Ютубе. Отсматриваю фестивали короткометражных фильмов и иной раз нахожу там удивительные решения. 

– Обязательно ли заканчивать ВГИК? Или ремеслу можно научиться на бесплатных онлайн-курсах, которые сейчас так популярны в соцсетях, а остальное добить талантом?

– Я не сталкивалась с подобными курсами и не знаю, что там люди рассказывают. Но «Девять уроков мастерства» или «Пять приемов успешной работы» – слишком короткая программа для погружения в профессию. Нужна более серьезная система обучения.

Сама я училась очно, на Высших режиссерских курсах. И большую роль в моем становлении сыграли не только мастера – Петр Тодоровский и Наталья Рязанцева, – но и однокурсники, с которыми мы обсуждали отсмотренные фильмы и практические задания. Это был мощный суп, в котором мы варились на протяжении полутора-двух лет.

– Тяжело пробиваться было?

– В нашей профессии побеждает тот, кто очень увлечен, активен и целеустремлен. Эти качества даже важнее таланта. Ведь талант редкая вещь, а если человек трудолюбив, то может стать очень хорошим режиссером за счет ремесленных знаний. 

Мы на курсах много работали – снимали короткометражки, писали сценарии. Я свои работы показывала продюсерам. Может, поэтому сразу после окончания курсов меня забрали вторым режиссером на съемки. Это была безумно крутая практика – сразу на площадке и в самых экстремальных условиях (при температуре 35 градусов – ночью и 25 – днем, на открытом поле). А я такой пионер по состоянию души, что никуда с площадки уйти не могла. Съемочная группа надо мной издевалась, называла Красной Шапочкой. Ведь мне, новичку на площадке, пришлось командовать опытными людьми! Позже снимать свой фильм показалось гораздо проще.

– Значит, все-таки на обучение в Москву?

– Уже, думаю, нет. Сейчас очень мощно развивается региональные кино и кинообразование. Очень крутой пример – школа Шакурова в Нальчике, из которой вышли три очень сильных режиссера. Они сейчас работают на международном уровне. У вас тоже открылась Краснодарская школа кино, где преподают лучшие московские мастера. 

Неслучайные случаи

– А как вы сами решили сменить журналистику на кинематограф? 

– Сложился странный узор, ведь я никогда не мечтала быть режиссером. Сначала не получилось поступить на факультет романо-германской культуры, но сын репетитора, с которым я тогда занималась, позвал меня на телевидение помощником режиссера.
А там появились нужные книжки, да и сама атмосфера настраивала на творчество. Впереди, правда, еще был журфак (романтика публицистики взяла свое), а потом работа редактором новостей на радио. И, кстати, там мне тоже очень нравилось – всегда было весело, каждый день проходил, как праздник. Но я уехала на режиссерские курсы в Москву. Просто открыла сайт посмотреть, что у них происходит, а там объявили прием…

– Значит, «Питер FM» стал мостиком между прошлым и настоящим?

– Конечно. Я вообще считаю, что первые вещи важно делать о том, что ты хорошо знаешь. А не придумывать какую-то историю, к которой ты не имеешь никакого отношения. В фильме все реально.

– Бывшие коллеги потом не обижались, что они как-то не так получились?

– Наоборот, уверенные, что Маша – это они, говорили «Классный фильм про меня сняла!» Также было и с моим третьим фильмом «Еще один год». Два сценариста: и Наталия Мещанинова, и Любовь Мульменко – обе считают, что это их личная история.

– Он тоже про одиночество…

– Нет, скорее, про случайности, которые не случайности. Герои расстаются, чтобы больше не встретиться. Но прежними они уже никогда не будут. С этим фильмом вышла удивительная история. Как-то меня позвали на психологический семинар, где психотерапевты этот фильм разбирали по психологическим моделям. Мы не закладывали такого в фильм, но интуитивно вышло все правильно. Это было очень странно.

Влюбиться в героя

– Вас часто называют режиссером женского кино. А как вы относитесь к такому разделению?

– Два моих первых фильма жанровые – мелодрама и лирическая комедия. Их можно назвать женскими. Но ведь есть и мужчины-режиссеры, которые снимают в этих жанрах. А если взять Киру Муратову, женское ли кино она снимает? Думаю, что существует кинематограф конкретного человека. Просто если он искренен, то сильно в нем проявляется. А потом, профессия такая жесткая, что назвать ее женской очень тяжело.

– Матом на площадке ругаетесь?

– Очень редко, стараюсь никогда так не делать. У меня есть несколько правил, которые я сразу озвучиваю: никогда не выяснять конфликты на площадке и не подходить к артистам со своим мнением. Как режиссер я готова выслушать все предложения – прекрасно, когда люди включены в процесс и готовы помочь, но актеров трогать не надо. Они не куклы. И если такое происходит, я очень нервничаю. Правда, в последнее время я работаю с одной командой, и у нас таких проблем уже не возникает.

– А что должно быть у актера, чтобы он вам понравился?

– В отличие от выбора сценария (недавно я запускалась с чужой недописанной работой, которую мы с креативным продюсером и оператором доделывали за месяц до съемок, и почему-то это никого не волновало), выбор актеров на роль проходит очень и очень строго. Для меня важно обаяние, чтобы в героя можно было влюбиться.

– Насколько продюсер влияет на съемочный процесс?

– Очень сильно и жестко. Фактически сейчас времена продюсерского кино.

– Над чем вы сейчас работаете?

– Скоро поеду в Грузию снимать новый фильм «ДжонДжоли». Так называется цветок, который растет там на дереве и весной цветет удивительной красотой. Но он богат клетчаткой, его готовят на засолку и употребляют потом в пищу.

– Финал будет грустным?

– Не скажу, это спойлер. Но по жанру фильм – драма, хотя и в обертке мелодрамы.

– Что бы вы посоветовали краснодарцам, желающим выйти на большой экран?

– Работать. Подумать, чего они хотят, записать историю, снять сцену или эпизод. А потом со своим замыслом, подкрепленным видео, идти к продюсерам.