Первая встреча

«Молодожены» встречают нас у порога: Виктор Никитович — в костюме и белой рубашке, Евдокия Алексеевна на каблуках и в элегантном платье цвета бордо. Оба подтянутые, бодрые, с лица хозяйки не сходит улыбка, а когда главные фигуранты этой истории вспоминают, как они познакомились, смеются уже оба. 

Судьбоносная встреча произошла в конце весны или начале лета 1959 года, когда ему было 25, а ей — 24. Виктор Никитович — мастер-стеклодув на знаменитом заводе, Евдокия Алексеевна — медсестра в местном кожвендиспансере. Оба приезжие: он — из поселка Тума Рязанской области, она — из Коврова Владимирской. 

— Я шла с подругами по улице, Витя с друзьями — нам навстречу, — рассказывает Евдокия Алексеевна. — Когда поровнялись, он вдруг предложил: «Девчата, а пойдемте на озеро купаться!», но мы захихикали и «отнекались»: ишь, какой прыткий! А спустя месяц или два мы с приятельницей, проходя мимо больничного двора, заметили прогуливающегося по нему молодого человека с бинтами на руке и груди, в котором я узнала того самого «прыткого». Указав на него, подруга сообщила, что это Витька Борисов — ее коллега по работе. Был на свадьбе у друга, пьяный гость устроил драку, пырнул его ножом, едва сердце не задел. 

Прошло еще немного времени, и «Витька Борисов» пришел в городской сад, где по выходным устраивали танцы. Он сразу остановил взгляд на Евдокии, говорит, давно заприметил, подойти не решался. Помнит даже, в чем она была: в платье в узкую белую полоску. «Так с тех пор по жизни вместе и танцуем», — смеются оба. 

«Пойдешь за меня?» 

Правда, Виктору Никитовичу за будущую жену пришлось побороться. Был у нее назойливый и опасный ухажер Толька по прозвищу Костыль, которого так называли из-за хромоты. Он был задиристым и драчливым, все боялись ему слово поперек сказать. Несмотря на штамп в паспорте в графе «Семейное положение», он решил «стать другом» красавице Дусе, проживавшей на квартире по соседству. 

— Он всех моих кавалеров распугал: стоило кому меня на танец пригласить, он потом угрожал ему расправой, если посмеет ко мне еще раз приблизиться, — качает головой Евдокия Алексеевна. — А Витя не испугался. На заявление: «Ты к ней больше не ходи» Костыль услышал ответ: «Я ее люблю, ходил и буду ходить». Как ни странно, женатый ухажер с этим смирился и оставил девушку в покое. 

Полгода пронеслись незаметно, не за горами Новый год. Как-то Виктор пришел к Евдокии и, задумчиво глядя в сторону, произнес: «Знаешь, Дуся, я, наверное, женюсь». Девушка не растерялась: «Женись, кто тебе не дает, на свадьбу не забудь позвать». Поняв, что сморозил глупость и так предложение не делается, молодой человек исправился: «Пойдешь за меня?». И она сказала: «Да». 

Ультиматум

— Сказать-то сказала, но в ЗАГС он меня не торопился вести, — с ноткой упрека в голосе даже через 60 лет замечает Евдокия Алексеевна. — А накануне Нового года заявляет, что праздник будем отмечать с его родителями у них дома. Я возмутилась: никуда с тобой не поеду, пока не женишься! 

На вопрос, почему тянул с регистрацией брака, Виктор Никитович, как мужчины во всем мире, только пожимает плечами: ну предложение же сделал, куда торопиться. Но после такого ультиматума пришлось. В ЗАГС явились на следующий же день, 31 декабря. Невеста — в заранее сшитом на заказ платье из кремового крепдешина, жених — в костюме цвета морской волны. Евдокия Алексеевна до сих пор хранит наряд невесты: V-образный вырез, рукава- фонарики и широкий пояс — писк моды конца 50-х. 

В то время пары регистрировали в день подачи заявления, месяц на раздумье, как сейчас, не давали. Влюбленные поженились утром, после чего Дуся пошла на работу, а Виктор поехал к родителям, где полным ходом шли приготовления к свадьбе. 

— Поезда тогда ходили три раза в день, последний был в 11 вечера, — продолжает Евдокия Алексеевна. — С мамой и братом, которые приехали ко мне из Коврова, мы встретили 1960 год в вагоне поезда. А когда среди ночи добрались до дома родителей мужа, выяснилось, что он с друзьями на танцах. 

— Ну что было делать, — до сих пор оправдывается супруг, — Новый год же, друзья пошли на танцы, меня с собой позвали, почему не пойти. И ведь я ни с кем там не танцевал, честное слово! 

Свадьбу сыграли дома. Елки не было — ставить некуда, все пространство в и без того маленькой комнате заставили столами. А вот новогоднюю мишуру по квартире развесили: под ней молодым кричали «Горько!» и поднимали стаканы-кружки за наступивший новый год. 

Снова в ЗАГС

В 1974 году семья с дочкой-подростком переехала в Краснодар, куда главу семьи пригласили мастером на стекольный завод. Инженер, набиравший кадры в Гусь-Хрустальном, пообещал Борисовым двухкомнатную квартиру и не обманул: через неделю после переезда молодая семья въехала в новое жилье. 

На заводе Виктор Никитович проработал до 70 лет, Евдокия Алексеевна ушла на пенсию из кожвендиспансера, где работала со дня приезда медсестрой, в 76. Пока силы позволяли, много времени проводили на даче, сейчас все больше дома, но и здесь все время хлопоты: в магазин сходить, обед- ужин приготовить, квартиру убрать. 

28 декабря Борисовы вместе с дочкой, внуком, его молодой женой (свадьбу сыграли в октябре) отправятся в ЗАГС Прикубанского округа, где пройдет чествование супружеских пар-долгожителей. А 31 декабря семья вновь соберется вместе, чтобы не только поднять тост за Новый год, но и поздравить Виктора Никитовича и Евдокию Алексеевну с фактической датой свадьбы. 


Читайте новости там, где удобно: Instagram Twitter, Facebook, Vk, Одноклассники, Яндекс.Дзен.