Перед тем, как встретится с доктором Поповым, исполнительный директор клиники  Андрей Алексуткин рассказал корреспондентам «КИ» о том, что после первой операции Луна чувствует себя хорошо, и сейчас малышка проходит курс реабилитации:

«Операция длилась час. В клинике Луна находилась около двух часов. Через 40 минут после операции ребенок поел. В антибиотиках она не нуждалась, так как не было воспаления. Также она не нуждается и в обезболивающих препаратах, так как у нее нет никаких болей и её ничего не беспокоит. Все хорошо, ребенок ест, пьет, нет температуры. Все прекрасно. Мы наблюдаем их каждый день».

Также он рассказал, что за первое время пребывания на Кубани Луна и её мама Кэрол успели пройти акклиматизацию и все необходимые обследования, а также освоиться к краснодарским реалиям.

«Они ходят в супермаркеты. Их уже узнают на улицах. Из того, что удивило Кэрол….Это отсутствие свежих овощей в минимаркетах. Она привыкла готовить еду сама, а не питаться фастфудом. А еще она нигде не может найти хороший кофе. И скорее всего, попросит мужа прислать кофе ей в посылке», – поделился с «КИ» Андрей Алексуткин.

Также со слов исполнительного директора клиники, после Флориды – осенняя погода на Кубани показалась для американки довольно холодной, а люди безэмоциональными. Возможно, такое впечатление о Краснодаре сложилось у Кэрол из-за того, что её еще не познакомили с культурой края. Но Андрей Алексуткин пообещал «КИ» накормить Кэрол варениками и кубанским борщом.

[[gallery_1]]

После того, как доктор Попов закончил операцию, нам удалось с ним поговорить.

– Павел Борисович, расскажите, в чем заключается уникальность кубанской технологии по лечению невуса?

Павел Попов: Во всем мире применяется классическое хирургическое вмешательство с пересадкой лоскутов кожи. Для того, чтобы был лоскут кожи, его нужно где-то взять и пересадить. То есть врачи искусственно растягивают кожу, наращивают, чтобы можно было отрезать часть этого лоскута и пересадить на место, где его вырезали. Проблема классической хирургии в том, что лоскут может и не прижиться.

В Америке им предлагали 80 таких операций. То есть нигде в мире невус не лечат с помощью лазера. Только у нас в Краснодаре.

– На пресс-конференции вы говорили о том, что каждые три месяца Луна с мамой вынуждены возвращаться домой в США. Луна прибыла в Краснодар 25 сентября, получается, что в декабре они должны вернуться домой, какое количество операций за этот промежуток времени перенесет девочка?

Павел Попов: Количество операций будет зависеть от периода реабилитации. Примерно около одного месяца он продлится. Когда мы ее отпустим в штаты невуса уже не будет. Все уже будет нормально.

– Как вы пришли к профессии врача?

Павел Попов: Врачом я хотел быть с самого детства. У меня даже есть фотографии, где я совсем маленький в белом халате и провожу сложную операцию плюшевому мишке. В школе учился превосходно. Мне не хватало тех знаний, которые были в учебниках и я читал дополнительную литературу по всем естественным предметам. Участвовал в олимпиадах по биологии по химии. Был призером областных, республиканских олимпиад. Когда я поступил в медицинский Кубанский институт им. Красной армии мне также было мало того, что нам давали на лекциях. Я проглатывал всю литературу, которую мог достать по широкому перечню медицинских специальностей. С третьего курса был замечен членом-корреспондентом РАМН П.А. Галенко-Ярошевским. Он пригласил меня в свою лабораторию, где я начал работать над диссертацией, которую защитил уже после окончания вуза, который закончил с красным дипломом.

Позже, по словам Павла Попова, работая над кандидатской он пришел к тому, что познакомился с химией порфиринов. Углубленно изучая эту тему, он столкнулся с работами профессора Гелия Пономарева. С этого и началось его знакомство с фотодинамической терапией.

Павел Попов: ФТД в России находилось в зачаточном состоянии. Я очень быстро стал оптимизировать режимы фотодинамической терапии, когда стал брать на лечение пациентов с очень протяженными по площади опухолями. С массивом опухолевой ткани, когда более килограмма веса обрабатывалось за сеанс ФТД. И подобные режимы оказались очень удачными, больные выздоравливали. Мои портфолио содержат тысячи фотографии уже вылеченных больных.

– В каких самых крупных конференциях вы принимали участие?

Павел Попов: Я не очень публичный в этом плане человек, в основном позволяю себе конференции, которые ежегодно проводятся в Москве. Еще было несколько тематических конгрессов, в которых я участвовал. Дело в том, что когда ты постоянно занят клинической работой не остается времени на то, чтобы «тусоваться» на медицинских форумах. Не до этого.

– Почему же вы приняли решение остаться в Краснодаре, а не продолжать карьеру в Москве или за рубежом?

Павел Попов: Это как то не патриотично по отношению к Кубани и Краснодару, здесь великолепный климат. Чудесная природа. Учитывая мое хобби – пеший горный туризм. Великолепная площадка для отдыха. Исхожены все тропы по Западному Кавказу, я покорял Фишт несколько раз. Мог ли я в Москве совершить нечто подобное? А с точки зрения позиционирования, в наш век глобализации совершенно не важно, где ты работаешь, имеет значение только, что ты умеешь делать. Самолет может связать меня из Краснодара с любой точкой Европы. Зачем мне Москва?

– История с Луной вызвала бурю эмоций. Люди не могли поверить. Мой знакомый уехал лечить рак в Канаду. А к нам везут 6-месячную малышку! Почему наши граждане уезжают лечиться за границу?

Павел Попов: По большому счету наши граждане уезжают за рубеж лечить онкологию исключительно в Израиль. Это связано с тем, что израильские клиники проводят хороший пиар. Они свои услуги предлагают навязчиво, назойливо. Плюс они ведут определенную дискредитацию лечения в России. Они говорят пациентам, вам нужно сдать биопсию, те отвечают, – у нас же это есть. И слышат следующее: «В России не умеют её делать. Мы сделаем вам ее качественно». Но что значит – не умеют делать биопсию? Это же бред. И таким образом получается  иллюзия того, что там лучше, а здесь -плохо.


– Как вы считаете возможное исцеление Луны с вашей помощью, перевернет научное представление о российской медицине?

Павел Попов: Мы и хотели показать свою инновацию на таком очень наглядном примере, где не нужно проводить сложных анализов, чтобы увидеть результаты. Все будет видно невооруженным глазом. Да, я думаю, что это будет прорыв.

– Как пишут Кубанские СМИ ссылаясь на ваших коллег врачей, метод которым вы лечите малышку, а именно лазерное воздействие на новообразование, является противопоказанием для подобного рода дефектов. Так ли это, и какие риски для здоровья Луны несет операция?  

Павел Попов: А то, что мы лечим таким же образом злокачественные новообразования, ничего им об этом не говорит? Плоскоклеточный рак, базальноклеточный рак… Этот врач просто демонстрируют глубокую некомпетентность в этом вопросе.

Про риск. Дело в том, что риски нужно сравнивать. Хирургического удаления этого невуса с пересадкой кожных лоскутов – это риск,  который может закончиться даже фатально для ребенка. А те риски, которые возникают  при фотодинамической терапии
– в сравнении совершенно незначительные. Они прогнозируемые. И существуют уже давно отработанные алгоритмы для того, чтобы их минимизировать.

– Вы говорили, что этот метод еще не запатентован. Планируете ли вы закрепить его за собой?

Павел Попов: Вы понимаете, вот шариковую ручку запатентовать гораздо проще, чем медицинскую технологию, потому что здесь нет такого четкого описания признаков, которые несут в себе элементы патентной защиты. И патентование медицинской технологии ФТД, как метод – невозможно. Потому что ФТД был открыт еще в конце 19 века немецкими учеными. А те нюансы, которые разработаны мной, их, конечно, нужно запатентовать, чтобы защитить свой приоритет. Но этот процесс патентования требует очень длительной подготовки. Он сейчас ведется. Но об этом говорить пока еще рано.

 – Скажите, невус – достаточно распространенная проблема в России?

Павел Попов: Да, конечно, и не только в России. На самом деле таких лиц в России тысячи. Это генетическая аномалия, человек с ней рождается. Даже те невусы, которые вырастают на коже в течение жизни, они все были спрогнозированы в самом начале во время эмбрионального  развития. А затем просто медленно реализуются.

– Павел Борисович, поделитесь с нашими читателями, секретом вашего здорового образа жизни.

Павел Попов: Очень быстро ходить, если вы это делаете, у вас есть шансы на очень долгую жизнь. Не пользуйтесь лифтом, если есть лестница. И никогда не отказывайтесь от прогулок в пользу телевизора или застолья.

[[gallery_2]]

Как ранее писали «КИ», вечером 25 сентября в Краснодар на лечение прилетела малышка Луна с её мамой Кэрол. У ребенка редкое заболевание – меланоцитарный невус.  

Медики в США взялись провести лазерную операцию, однако, предупредили, что девочке придется перенести около 100 процедур. Краснодарский хирург Павел Попов заявил, что вместо сотни операций потребуется 8. 

6-месячная американка Луна с «маской Бэтмена» прилетела на лечение в Краснодар.

Также как ранее сообщалось, кубанские СМИ относятся с недоверием: лечащие врачи 6-месячной американки с «маской Бэтмена» высказали свою позицию.

Краснодарские врачи провели первичный осмотр девочки с «маской Бэтмена».
Раскрыли секрет: в Краснодаре лечащий врач 6-месячной американки с «маской Бэтмена» дал пресс-конференцию.
 
В Краснодаре успешно прошла первая операция у 6-месячной американки Луны с маской «Бэтмена».


Читайте новости там, где удобно: Instagram Twitter, Facebook, Vk, Одноклассники, Яндекс.Дзен.