Как Чингариев ночью в самоволку ходил

[[gallery_1]]
Главный озеленитель Краснодара — замдиректора департамента городского хозяйства и ТЭК администрации Краснодара Иса Чингариев служил в рядах Советской армии в Ленинградском военном округе в войсках противовоздушной обороны очень давно — с 1971 по 1973 год. Одним из самых запоминающихся моментов армейской службы считает свой поход в самоволку (первый и последний раз).

— Наша часть стояла в лесничестве, мы обслуживали секретный аэродром с локаторными установками, — рассказывает Иса Чингариев. — Раз в неделю нас на машине возили в баню в город Кунда, после чего давали два часа отдыха. В это свободное время я и познакомился с девушкой, и она пригласила меня на свидание.

В нашей части было два секретных велосипеда, и мы с товарищем решили их взять и отправиться ночью на свидание к своим девушкам. Приехали, спрятали велосипеды на обочине. Пока мы общались, велосипеды накрыло снегом. Мы их долго искали, но так и не смогли найти. Пришлось идти пешком, а это километров десять.

Но на этом наша ночная история не закончилась: пока шли, нас арестовали пограничники и привезли к себе в воинскую часть.

На тот момент я был заместителем командира взвода, кандидатом в члены партии, и чуть ли не всю ночь упрашивал нас отпустить.

Начальник погранзаставы вошел в наше положение и под утро отпустил. Благо, от заставы было идти недалеко. И мы утром рано, перед подъемом, уже были в нашей части, и нам за это ничего не было! А велосипеды так и не нашлись.

За что Белоусов не любит отбой

[[gallery_2]]
— Армейских баек и курьезов во время службы было очень много, — говорит председатель комитета по образованию, культуре, вопросам семьи и детства городской Думы Владимир Белоусов. — Я служил в стройбате, который подчинялся министерству среднего и тяжелого машиностроения.

Особенно мне запомнилось время отбоя. Десять часов вечера. Казалось бы, еще мгновение, и мы, уставшие и полуголодные новобранцы, наконецто сможем хотя бы на восемь часов отключиться от суровых будней «учебок» и не лицезреть перед собой ненавистную физиономию старшего сержанта.

Но не тут-то было… Неполные восемь часов сна еще необходимо было заслужить. Начиналось самое изматывающее испытание под названием «Рота, отбой!».

Содержание этого многосерийного «триллера» выглядело следующим образом: построение, перекличка, отход ко сну. Однако последняя часть этой трилогии обычно превращалась в трагикомедию, которая могла продолжаться не менее 30-40 минут.

После команды: «Рота, отбой!» офицер зажигал спичку, и пока она не сгорела, мы должны были снять гимнастерку, брюки, сапоги, портянки и аккуратно уложить все на табуретку, приставить к своей табуретке сапоги с намотанными на них портянками. Затем необходимо было занять свое место в кровати и притихнуть…

И если хотя бы один из нас не успевал этого сделать за время горения спички, опять звучала команда: «Рота, подъем!» — и все надо было повторять вновь. И тот факт, что из сотни человек только трое-четверо не успевали уложиться в срок, ничего не менял.

Конечно, время от времени случались трагикомические ситуации. Учитывая, что рост у меня чуть выше среднего, мое спальное место было во втором ярусе.

Однажды во время очередной «тренировки отхода ко сну» на седьмой или восьмой команде «Рота, подъем!», когда уже на уровне подсознания многие действия приобретали автоматический характер, я сбросил свое тело вниз и рухнул на пробегавшего в этот момент мимо другого солдата.

Мы с грохотом загремели на пол и дружно выкатились на центральный проход к месту построения нашего взвода. К счастью, обошлось без серьезных травм, за исключением ушибов. А после окончания очередной «тренировки» в качестве награды в течение часа вдвоем мужественно драили полковой туалет…

Как Дробязко сжег снегоочиститель

[[gallery_3]]
— Службу в армии я иногда вспоминаю: то, что там происходило, можно назвать трагикомедией — было и смешное, и не очень, — вспоминает Анатолий Дробязко, председатель Краснодарского отделения Союза театральных деятелей России, заслуженный артист Кубани.

— Но это хорошая школа для любого нормального мужчины. Конечно, помню, как в самоволку ходил с другом через кукурузное поле, как «собирал» телеграфные провода на снегоуборочной машине, как в карцере сидел, как занимался в театральном кружке местного Дома культуры.

Служил я на Украине с 1986 по 1988 год в Военно-воздушных силах. Мы обслуживали аэродром, а я был водителем снегоуборочной машины.

Помню, как-то ночью завалило все снегом. Снег надо было убрать до начала полетов, поэтому вставали в четыре утра. Темно, холодно, хочется спать. Однажды начал засыпать прямо за рулем. Машину занесло в сторону, и я на нее намотал телеграфные провода. Остановился: не знаю, что делать!

Поехал обратно в гараж и попытался снять провода, но ничего не получалось. Тогда облил снегоочиститель керосином и поджег. Шум поднялся! Правда, обошлось без последствий. А за, казалось бы, невинный вопрос старшине: почему мы так рано встаем каждый день — в четыре утра, — поместили в карцер.

Почему Петропавловский так хотел хлеба?

[[gallery_4]]
Николай Петропавловский, председатель комитета по вопросам здравоохранения и социальной защиты населения Законодательного Собрания края в армии не служил, но как сегодня помнит сборы в Севастополе — как яркое событие своей жизни:

— Мы получили приказ выйти в Черное море на боевые стрельбы. Тогда я был студентом 5-го курса агротехнического университета. Поступил приказ: уходим через полчаса в море на 2-3 дня.

Тут выясняется, что на корабль не успели завезти хлеб. В этом случае по уставу можно было питаться военно-морскими сухарями. Нам стало интересно, какие эти сухари на вкус, раньше же не видели, не слышали и не пробовали!

А есть очень хотелось. Но когда достали эти самые сухари, то были очень разочарованы: твердые, с запахом керосина. Не то что есть, в руки брать не хотели даже матросы.

Мы пригорюнились, решив, что обречены на голодное существование. И тут почувствовали запах хлеба, от которого голова закружилась. Как оказалось, на корабле была своя пекарня.

Более вкусного хлеба до сих пор не пробовал! Наверное, потому что это был свежеиспеченный хлеб, а мы были очень голодными. А чего вы хотите от 23-летнего парня?


Читайте новости там, где удобно: Twitter, Fb , Vk, Оk, Яндекс.Дзен.