11:34
20 Апреля 2018
«Керамика сама по себе - химия и эксперимент»
Пятница
Апр
20
2018

«Керамика сама по себе - химия и эксперимент»

Расписные звонкие блюдца, статуэтки и вазы с клеймом в виде чайки на обратной стороне – до сих пор эти уникальные фарфоровые сервизы хранятся в домах кубанцев. А уж в тайниках коллекционеров и подавно.

Фото: Анна Юркова, «Краснодарские известия».
Фото: Анна Юркова, «Краснодарские известия».

Уникальные сервизы, созданные им за время работы на заводе, находятся в коллекциях Государственного Русского музея в Санкт-Петербурге, Всероссийском музее декоративно-прикладного и народного искусства в Москве, в усадьбе Кусково и других.


Изделия Николая Туркова, бывшего главного технолога живописного цеха Краснодарского фарфоро-фаянсового завода «Чайка», больше походят на предметы искусства. 

В интервью «Краснодарским известиям» заслуженный деятель искусств Кубани рассказал о тонкостях работы с фарфором, украшениях современного Краснодара и о том, почему он редко ходит в «Типографию».


Первая натура – мышь

– Николай Петрович, знаю, что вы изначально мечтали о другой профессии и художником стали случайно…

– Рисовал я с раннего возраста. Помню, дядька ловил для меня мышей, привязывал их ниточкой за хвост к керосиновой лампе, и они мне служили натурой. Как только начинает мышка шебаршить, щелчок – и опять замирает на месте. 

Много лазал по тайге (семья в годы войны жила на Урале), в пещеры ходил - камни собирал. А у отца знакомый, уж не знаю – то ли геологом он был, но имел богатую коллекцию минералов. Вот я и подумал: стану геологом, буду путешествовать и рисовать. 

Сообщил о своем решении отцу, попросился поступать в мурманский техникум, чтобы еще страну посмотреть из окна поезда. Отец дал на дорогу 17 рублей. Но не доехал: остановился на пару дней в Ленинграде. Гуляя по городу, заглянул в Художественную академию Штиглица. И прямо застыл перед «Капустницей» Фешина и «Фрины» Семирадского. 

Вдруг подошел высокий мужчина, спросил: «Нравится?» «Очень»! – говорю. Он заметил папку моих рисунков, что я с собой прихватил. А там – таежные пейзажи, олени, мыши. Посмотрел он их и предложил: а не хотите к нам, в училище? 

Неизвестный оказался художником-керамистом Владимиром Ольшевским, преподавателем старейшего Петербургского художественного училища. Так, без экзаменов, я был зачислен.      

Фото: Анна Юркова, «Краснодарские известия».

Николай Турков – член Союза художников СССР с 1967 г., заслуженный деятель искусств Кубани. Является одним из родоначальников производства фарфора на Кубани. На фарфоро-фаянсовом заводе «Чайка» в Краснодаре работал со своей супругой Эммой Турковой. Был главным технологом практически со дня основания завода. 


– На ваш взгляд, художнику творить было легче при советской власти или при нынешней?

– Думаю, при советской власти легче. Потому что большую роль играла идеология. Тот же ДК при колхозе был центром притяжения, где работали как самодеятельные коллективы, так и профессиональные. 

Имелась статья расходов «оформление наглядной агитации», на которую отпускались деньги. Их нужно было освоить. Все организации обращались в художественный фонд РСФСР и Союз художников. 


Творческие базы действовали, можно сказать, в условиях рынка, ведь регулярную зарплату нам никто не платил.

– Наверное, отсюда и образное выражение «свободный художник»?

– Возможно.

– Но разве можно быть творчески независимым, работая над госзаказом?

– А это зависит от уровня образованности руководителя-заказчика. Знаете, тогда все-таки руководители относились более уважительно к людям творческих профессий. 

Помню, директор Крымского консервного комбината Владимир Щербак обратился с заказом. Вместе с архитекторами Олегом Кобзарем и Алексеем Аболониным мы подготовили проекты и поехали в Крымск. Щербак созвал всех инженеров. Спрашивает общее мнение. И что вы думаете? 

Нас разнесли в пух и прах: и то не так, и это не то. И вдруг Щербак встает со словами: «Господа!» (я тогда удивился, что он произнес именно «Господа!»). Вот их, – указывает на нас, – я могу научить делать консервы, но вот этому я никогда не научусь. Спасибо, все принимается».

- Прошли публичные слушания…

– Да. Позже мы оформляли продуктовый магазин «Кубань» Владимира Николаевича на углу улиц Красной и Мира. Добротное здание, украшенное смальтовой мозаикой, витражами, резьбой по дереву. Кстати, до сих пор в кафе «У Максима» можно увидеть на стенах панно из липы того времени…

– А сегодня что изменилось?

– Ко мне однажды пришел человек и говорит: «Хочу твою работу, но сделанную в стиле Татьяны Ружейниковой». В ответ я протянул номер телефона художницы. Думаю, что этим все сказано. 

«Мой город - это как мама»
«Мой город - это как мама»
Как только не называют этого удивительного мастера: и кубанский Фаберже, и Дали, и Левша, хотя сам он эти сравнения не признаёт.
17 Февраля 201808:52

Аврора, собачки, студенты

- С каким настроением прогуливаетесь по современному Краснодару?

– Люблю наш город, но мне не хватает той теплоты, что была раньше, любования старой архитектурой. 

Я вспоминаю лето 1957 года… одиннадцать разогнанных студентов, в числе которых и я (после закрытия Орловского художественного училища), приехали на трамвае в центр. 


И это был такой приятный провинциальный городок. Улицы утопали в шатре деревьев. Мы сразу купили арбузы, тяжелый спелый виноград. Сели прямо на ступеньках магазина и устроили пиршество. Теперь Краснодар приобрел черты сити-города, но вместе с тем люди утратили уважение к прошлому, что ли.

Фото: Анна Юркова, «Краснодарские известия».

- Кстати о прошлом, в последнее время развернулись споры вокруг судьбы кинотеатра «Авроры»: сносить или сохранить. Вы как считаете?

– Если сносить «Аврору», то надо убирать и статую, это единый ансамбль. Кинотеатр на кургане, еще и поэтому здание носит статус символа.

– А что скажите о новых скульптурах?

– Они земные. В свое время меня сильно впечатлил музей московского политехнического института – в нем все экспонаты можно трогать руками. И когда появилась скульптура влюбленных собачек Пчелина, горельефы возле Дома книги, «Шурик и Лидочка», «Гость», – они полюбились жителям. 

Мы среди них, и они среди нас. Однако подобные камерные архитектурные формы должны быть не только в центральной части, но и в спальных районах.

Художник или ремесленник?

В моде Сервантес и Пелевин
В моде Сервантес и Пелевин
Любители чтения поглощают книги в любом формате, но никогда не откажутся от бумажной версии.
16 Февраля 201814:46

– Вы посещаете «Типографию»?

– Несколько раз, и то по приглашению. Но к новому искусству я отношусь с большим скепсисом. В свое время преподаватели художественного училища в Ельце разрешали нам заниматься авангардом. За что потом заведение закрыли. Я делал коллажи. 

Был у меня такой натюрморт, где фашистский сапог топчет «Советскую правду», причем взял настоящую кованую подошву сапога фрица. 

Но мое мнение: прежде чем уйти в примитивное искусство, надо быть превосходным рисовальщиком. Тот же Пикассо в 16 лет создал в Париже свою школу и в те годы уверенно владел рисунком. Конечно, можно написать картину в манере Малевича, Брака, Миро, но зачем возводить это в высокий ранг? Есть же разделение на художников и ремесленников.

– И в чем разница?

– Художник в первую очередь создает образ, впечатляющую среду, ремесленник тоже, но одновременно старается угодить вашему вкусу. Художник, если он настоящий, об этом не думает.  


– На фарфоро-фаянсовом заводе «Чайка» вы были художником или ремесленником?

– Конечно, художником. За время моей работы был создан экспериментальный участок по выпуску высокохудожественной внегрупповой продукции. Поэтому завод выпускал сложные по исполнению изделия, тиражом в несколько экземпляров. 

Таким эксклюзивом стал наш сервиз «Русь великая, Русь раздольная!» с пирамидой из трех чайников, вазой для цветов и подсвечниками. Вместе с женой Эммой мы расписывали его «скоморохами», матовым золотом. Керамика сама по себе – химия и эксперимент. 

Сначала пробуешь цвета, (а палитра насчитывает больше трех тысяч наименований: все окислы металлов), потом слои. Например, при жирном слое краска может вскипать. Прежде чем дать изделие в массовое производство, сам расписываешь и сам ставишь его в обжиг.

Комментарии
Umbero Pereira
26 июня 2017 г.
Химическое соединение, в рамках ограничений классической механики, однородно тормозит барионный объект. Туманность, если рассматривать процессы в рамках специальной теории относительности, квазипериодично излучает вихрь так, как это могло бы происходить в полупроводнике с широкой запрещенной зоной. Силовое поле, как и везде в пределах наблюдаемой вселенной, синхронно
Серёжа
26 июня 2017 г.
Химическое соединение, на первый взгляд, пространственно неоднородно
Umbero Pereira
26 июня 2017 г.
Химическое соединение, в рамках ограничений классической механики, однородно тормозит барионный объект. Туманность, если рассматривать процессы в рамках специальной теории относительности, квазипериодично излучает вихрь так, как это могло бы происходить в полупроводнике с широкой запрещенной зоной. Силовое поле, как и везде в пределах наблюдаемой вселенной, синхронно
Серёжа
26 июня 2017 г.
Химическое соединение, на первый взгляд, пространственно неоднородно
Umbero Pereira
26 июня 2017 г.
Химическое соединение, в рамках ограничений классической механики, однородно тормозит барионный объект. Туманность, если рассматривать процессы в рамках специальной теории относительности, квазипериодично излучает вихрь так, как это могло бы происходить в полупроводнике с широкой запрещенной зоной. Силовое поле, как и везде в пределах наблюдаемой вселенной, синхронно
Серёжа
26 июня 2017 г.
Химическое соединение, на первый взгляд, пространственно неоднородно
Umbero Pereira
26 июня 2017 г.
Химическое соединение, в рамках ограничений классической механики, однородно тормозит барионный объект. Туманность, если рассматривать процессы в рамках специальной теории относительности, квазипериодично излучает вихрь так, как это могло бы происходить в полупроводнике с широкой запрещенной зоной. Силовое поле, как и везде в пределах наблюдаемой вселенной, синхронно
Серёжа
26 июня 2017 г.
Химическое соединение, на первый взгляд, пространственно неоднородно